Что на глаза попалось

Previous Entry Share Next Entry
Поколение. Отчет, часть 3. Пятница
Кейси МакНелли
hyyudu
Часть 1, квента: http://hyyudu.livejournal.com/374680.html
Часть 2, четверг: http://hyyudu.livejournal.com/375347.html

2177 год.
Лекция по гармонии. Инструктор Синкх странным образом располагает к себе - открытостью, расслабленной позой, мягким голосом. Хотя некоторые излагаемые ей тезисы ворочаются туда-сюда в мозгу, безуспешно пытаясь уложиться.
- Значит, если человек назвал меня козлом, и я в гневе бью его по морде - это не гармония? - спрашиваю я.
- Да, это скорее путь Ярости. Действовать на основе эмоций.
- А если я думаю: "Так, он назвал меня козлом, он меня оскорбил, вообще он мне несимпатичен, а сейчас еще вызвал у меня негативные эмоции, так что в целом я считаю правильным в качестве наказания дать ему по морде" и бью ему по морде - это я поступаю гармонично?
- В целом да. Вы понимаете, чего хотите и каким должен быть для вас мир. И вы приводите его в это состояние.
- Но все равно, с твоей стороны это будет как-то... нехорошо, - замечает сидящая рядом со мной Зои.
- Зато гармонично! - усмехаюсь я.
На занятие забредает Гамильтон, на которую находчивая Синкх сразу переводит вопрос кого-то из кадетов, какова наша дальнейшая предполагаемая судьба. Гамильтон, старательно делая вид, что ее очень заинтересовал узор на полу, сбивчиво мямлит что-то настолько водянистое, что единственный смысл, который мне удается из этого вычленить - "отстаньте от меня все, я не хочу ничего решать, я хочу непонятно чего".

***
Лекция по контролю постоянно держит в напряжении. Инструктор Кэмпбелл производит впечатление профессионала в своем деле, и это никак не располагает к ней. Довольно неприятное ощущение - сидеть и ожидать, что тобой сейчас начнут манипулировать. Это и случается - после долгого рассказа о четырех психотипах человека начинается распределение нас по ним. С непременным реверансом в сторону "людей, относящихся полностью к какому-то типу очень мало, обычно наблюдается смесь нескольких". Да черт возьми, даже если людей классифицировать по цвету глаз - зеленые, синие, карие, серые - и то периодически будет наблюдаться смесь! А здесь - мало того, что рассматриваются черты характера, которые могут меняться (по себе сужу), так еще и не отдельные, а совокупность. Короче, когда миссис Кэмпбелл сказала "К этой стене, пожалуйста, встаньте те, кто..." - я встал, названные ей черты я в себе находил, хотя и не все. Но когда за этим последовало "А к той стене - те, кто... А к иллюминаторам - те, кто...", в головах сразу начались противоречия. Некоторые, вроде Норман, немедленно высказывают их вслух, в духе "А куда мне, если я и умная, и красивая?". Я же просто теряю интерес к этой игре, возвращаясь на свое место. Демонстративно становиться в центр - глупый кич, а носиться от стены к стене - просто смешно.
- Итак, на кроватях остались сидеть неопределившиеся и ведомые, - слегка насмешливо подытоживает Кэмпбелл. Нет, инструктор, слишком толсто. Это даже не манипуляция, это провокация. И, пожалуй, самый главный мой урок, вынесенный с этой лекции - то, что я ее распознал. За это и спасибо. Собственно, этого занятия мне вполне хватило, чтобы понять, что путь Контроля мне абсолютно противопоказан.

***
На занятие к Дельгадо я иду с решимостью воина. Я уже слышал, что на прошлом его занятии одна девочка, не подчинившаяся приказу, с одного удара отправилась отдыхать на пол. Я не сомневаюсь, что если Дельгадо будет пытаться мне приказывать, к драке мы перейдем еще быстрее, чем с той девочкой. И также не сомневаюсь, что уж мне хватит сил, чтобы отбиваться от его атак столько времени, сколько мне потребуется, чтобы сконцентрироваться и послать его в полет биотикой.
Не потребовалось. Дельгадо явно производит впечатление мужика четкого. К тому же занятие идет по теории - что делать, если вдруг придется встретиться в бою с азари, турианцами, кроганами или соларианцами. Турианцам уделяется максимальное внимание - не нужно быть особо наблюдательным, у Дельгадо практически на лбу написано "Я выжил на Шаньси".
Но в конце, когда нам говорят, что мы - уникальные специалисты, которые могут привнести совершенно новые элементы в боевую тактику Альянса - я не удерживаюсь и замечаю Митре "Вот тебе и ответ на вопрос, который мы задавали Гамильтон. Про то, кем мы будем".

***
Надо подумать о своем пути. Я все еще хочу на путь Ярости, но уже гораздо меньше. А вот находиться в согласии с самим собой - это хорошо. Наверное, для начала изберу путь Гармонии. А там посмотрим.
Перед очередным занятием я забегаю к наставнице Синкх. Коротко киваю.
- Я бы хотел получить задание на путь Гармонии.
- Хорошо. А в чем вы чувствуете сейчас свою дисгармонию? Может быть, вам что-то не нравится в вашей нынешней жизни, что-то угнетает, волнует?
- Скорее, удивляет. Я здесь уже месяц с небольшим, и за это время никто не попытался меня угробить, избить или хотя бы косо посмотреть. И никто не ставит надо мной никаких экспериментов, не пичкает всякой дрянью и не испытывает пределов моего терпения и разума. Для меня это непривычно.
- Хорошо, - кивает наставница. - Не то хорошо, что это непривычно, а то, что дела обстоят именно так. Что ж, тогда для вас будет достаточно простое задание. Хотя, не знаю, возможно, оно для вас будет сложным. Найдите себе друга.
- Принято, спасибо.

***
Занятие по биотике. Трое турианцев рассказывают про свои Пути, которыми они будут вести нас. Периодически устраивая взбучки тем, кто опаздывает или каким-то иным образом не соответствует их представлению об уважении. Я, несмотря ни на что, чувствую какое-то странное спокойствие. Даже когда Вирнус начинает называть кадетов мусором и отбросами, это на удивление проходит мимо меня, даже не задевая. А вот остальных, похоже, цепляет крепко. Цао выходит и вызывает Вирнуса на бой, а когда тот отказывается, просто нападает. Из толпы тут же выскакивают Хейли, Блэкстоун, другие бойцы, и начинается свалка. Общими усилиями они нокаутируют Вирнуса, но сами тоже отхватывают от Эпирии и Авиция, которые даже не вступают в драку, а действуют биотикой - чертовски эффективно, надо признать.
Я в этот момент впадаю в страшный тупняк. С одной стороны, четко было бы вписаться за ребят. С другой - хочется-таки научиться биотике, а тут такой конфликт на самом первом занятии. В итоге я просто перехожу из сидячего положения в стоячее - так проще маневрировать, если что. И в драку броситься, если потребуется, и за колонну прыгнуть, если надо будет.
Оставшаяся часть занятия проходит изрядно на нервах, периодически оглашаясь криками тех, кто чем-то не угодил турианцам: начал болтать - болевой шок, повернулся спиной - перелом. Для меня лекция заканчивается приходом Моралеса со словами "нашим друзьям кадетам нужна медицинская помощь". Я поднимаю руку, чтобы заявить, что отправляюсь к ним (биотический удар в спину как-то не входит в мои планы, да и ребятам в этом случае я не помогу), но в это время Эпирия уже заканчивает занятие фразой "А теперь все вон отсюда! Быстро!". Что ж, тем проще. Пойду лечить.

***
Очередной поход в дальние сектора, там, где раньше была химическая лаборатория. Беспечным шагом вхожу, оглядываюсь. Пробирки, мензурки, реторты, несколько пачек ингредиентов... четыре неулыбчивых кибернетических рожи, смотрящих на меня не самыми добрыми окулярами...
Не теряя достоинства, разворачиваюсь и выхожу к ожидающим меня в коридоре.
- Ну что, есть там чего?
- Что-то есть. Но там роботы, четыре человека. И, сдается мне, добром они нам ничего не отдадут.
Командование на себя быстро берет Блэкстоун. Бойцы, вперед, биотики, назад, остальным не мешать, тут и так узко. Народ толчется в проходе, создавая сутолоку. Интересно, а я кто, боец или биотик? Наверное, что-то посередине. Общими усилиями (Алекс загонщик, я охотник) мы выманиваем на себя одного робота, и я впечатываю его в стену броском. Он падает и перестает шевелиться. Ну, прекрасно. Так и дальше пойдем, - думаю я. Ага, наивный. Биотика на то и опасна, что никогда не знаешь, где и как тебе с ней повезет. Следующий робот доходит до нас, и нам приходится вступать с ним в бой. Алекса вырубают очень быстро, я держусь подольше - в итоге на пол мы оседаем буквально рядом с роботом. Заботливые девчонки подхватывают нас под руки и тащат в столовую, на ходу орошая полы нашей кровушкой. Занимательное, должно быть, зрелище.
Уже потом я с интересом узнал, что в блаженном бессознательном состоянии пролежал все то время, когда шло распределение по группам.

***
- Алекс, - я встречаю Блэкстоуна где-то в коридоре. - Скажи, что для тебя дружба?
- Ну... наверное, дружить - это быть готовым вписаться за друзей, если что.
- Я вот не могу понять, - начинаю рассуждать я. - У меня есть задание - найти себе друга. Я не знаю, что это такое, друзей у меня никогда не было. Мне хочется быть твоим другом, но я не могу понять: то, что я не вписался за вас, когда вы все ломанулись бить Вирнуса - это значит, что я тебе не друг?
- Так необязательно вписываться во все подряд, - поясняет он. - Достаточно не отказать в этом, если вдруг попросят.
- Хм, тогда действительно проще, - прикидываю я.
- Ну, насколько я успел тебя понять, ты парень правильный и четкий, - кивает он. - Ладно, давай будем друзьями.
- Давай.
Мы пожимаем друг другу руки и отправляемся по своим делам - я к наставнице Синкх, отчитываться о своем первом задании, а он - куда-то к техникам, сидеть над очередной схемой.
- Хорошо, - выслушав меня, заключает наставница. - Следующее задание - найдите на станции какой-нибудь конфликт. Посмотрите на него со стороны и подумайте, как бы вы действовали на месте каждого из участников, так, чтобы конфликт разрешился без вреда.

***
В коридоре между столовой и жилыми секторами меня останавливает Гамильтон. Я настораживаюсь - чего ей от меня надо?
- Кадет Черных, - цедит она. - Сегодня я обратила внимание на одну тенденцию.
Весь мой покерфейс как бы говорит "Ну?".
- Когда в столовой говорят "Тут кадет истекает кровью", у всех реакция отсутствует. Безразличие полное. А когда говорит "Тут Черных истекает кровью" - половина кадетов немедленно бросает свои дела и бежит оказывать вам помощь.
В этот момент я прямо рад, что она разворачивается и уходит дальше по своим делам, бросив через плечо "Мне это удивительно!". Не хочу, чтобы она лицезрела всю гамму чувств, отразившихся на моем лице. Я не знаю, кто та половина кадетов, да и не так это важно, если честно. Наконец, я осознаю: я нашел себя, я нашел свою стаю, я впервые, пожалуй, за всю свою жизнь нашел свое место. Черт возьми, как я люблю всех этих людей! Не знаю, как, но я как-то добился того, что я им полезен и нужен! Старые ориентиры "не бьют - уже хорошо" забыты как дурной сон, я перепрыгиваю ступеньки известной пирамиды одну за другой. Я нужен людям! И это через месяц-два пребывания на станции! И это замечает человек, видевший меня в общей сложности минут пять! Я, бывший изгой и пария, не слышавший ни одного доброго слова с тех пор, как умерла мать! Все, теперь братство кадетов - это моя главная ценность, и я буду стоять за них до конца.
Ответное "А уж мне-то как удивительно!" я из себя выдавливаю, когда белый свитер Гамильтон уже скрывается за дверью. Тем лучше, поскольку сразу после этого раздается жалобный "бздям!" со стороны ближайшего иллюминатора. Опа, неконтролируемая вспышка биотики! Надо придерживать свои эмоции, а то... Ох, хорошо, что в иллюминаторах стекла гораздо прочнее, чем в лампочках. А то это было бы последнее, чему я удивился бы в жизни.

***
Сижу в медблоке. У меня теперь правило такое: нечего делать - иди в медблок, там всегда есть что делать. Сейчас там озабоченно перебирает компоненты в поисках мегацитосодержащих Моралес и сидит с несчастным видом Лесли Фарелл, которой досталось от роботов сотрясение мозга.
- А чего бы ей лекарство не сделать?
- Сделай, - раздраженно бросает он. - Я уже пытался, Эмили уже пыталась. Не выходит из этой дряни ничего.
- Да ну? А если высокотоксичное попробовать?
- Пробуй.
Я достаю из кармана свою рукописную табличку и начинаю сверять. Лучше, конечно, было бы сварить из гелидуса, но вот именно этой мороженой херни у нас нет. Высокотоксичный, в принципе, можно бы и собрать, но на это не хватает другой мороженой херни.
- Я предлагаю назвать эту ситуацию "синдромом Лесли Фарелл", - замечает Дэни. - Ведь обычная же ситуация, простое сотрясение мозга, но лекарство сварить невозможно, потому что не хватает какого-то ингредиента, которого у нас по идее должны быть горы!
Лесли отзывается со своей койки громкой тирадой, смысл которой сводится к недовольству такой ситуацией, а из цензурных слов там только "мне" и "лекарство". Я обещаю себе: как только хоть один кристаллик этого чертова гелидуса появится в медблоке, я непременно сварю лекарство! Так и происходит где-то через пару часов. Лесли - не самая добрая и приятная в общении девчонка на станции, но за труды мне достается горячий и крепкий поцелуй. Да и Моралесу тоже - за компанию.
А синдром Лесли Фарелл продолжает проявляться то там, то там. И в какой-то момент я понимаю: сейчас с ним лежит наш рубаха-парень и мой друг Алекс. И, если мы не найдем сорбентов, он так и не выйдет из комы, вызванной недостатком крови. Попросить вписаться он сейчас, конечно, не может, но это неважно. Следующий поход в дальние сектора возглавляю я.

***
Зайдя в техническую комнату, обнаруживаю Ларкинз, Гершвин и Делеона за очередной задачей. Хм, и всего три человека, то есть если встать вокруг стола, даже всем схему будет видно! Нельзя упускать такой момент - я присоединяюсь к ним и вникаю в суть проблемы.
Суть проблемы: надо создать гравистаб, но для этого обязателен определенный чип, а у нас такого нет. Предполагаемое решение: разломать систему температурного контроля станции, выломать из нее нужный чип, заменить на другой, и слегка адаптировать, чтобы это никак не повлияло на работоспособность системы. Едва я успел вникнуть в схему разводки и начать давать полезные советы, как меня отводит в сторону психолог Марселло.
- У меня к вам вопрос, кадет.
- Вообще-то мы сейчас заняты. И это довольно срочно.
- Вопрос тоже довольно срочный.
- Ну хорошо, слушаю. Если это недолго.
- В какой вы группе? Я не могу найти вас в списках.
- Ни в какой.
- Как это? А где же вы были, когда шло распределение по группам?
- В нокауте.
- А куда вы хотите?
- Не знаю. Я неплохо разбираюсь в технике, прекрасно - в медицине, и хорошо дерусь.
- Вы хотите сказать, что вам не нужно учиться?
- Нет. Но разве член одной из групп не может пойти на занятие к другой группе.
- Может, конечно. Но положено, чтобы кадет был в группе. Смотрите: я даю вам задание. Сегодня до ужина поговорите со всеми преподавателями групп и выберите себе желаемую.
Может. Это главное. Собственно, больше мне от него ничего не надо. Я вполне могу остаться вне групп. Какая к черту разница, если я все равно интересуюсь техникой, я все равно варю всем раненым лекарства, и я все равно никогда не отказываюсь пойти воевать в дальние сектора, причем в первых рядах? Развиваюсь гармонично, и понимаю, что делаю. Мой путь Гармонии вот прямо машет мне лапкой.
Единственная проблема - это логичное и изящное решение никак не устраивает Марселло. Положено. Правильно. Нужно. Ох уж эти мне формалисты... Я вступаю с ним в спор и понимаю, что у него нет убедительных аргументов, чтобы доказать мне, что я не прав. Несколько месяцев назад я в такой ситуации бил бы до победного - нечасто мне удавалось одерживать победу хоть над кем-то. Но сейчас тот же путь Гармонии во мне говорит внутренним голосом: "Да ладно тебе! Ну ты сам понимаешь, что это просто формальность, какая тебе разница? Вступи в какую-нибудь группу, а на занятия будешь ходить, как захочешь. Сложно тебе, что ли? На этой станции тебя любят - сделай и ты человеку приятное".
- Мистер Марселло, я вас услышал и понял вашу позицию.
- Вы поймите, кадет, очень важно, чтобы...
Так. А вот это он зря. Я уже согласился, а он продолжает пихать в ту же сторону. А это верный способ быстро вывести меня из себя. Черт побери, я уже согласен, ты не понимаешь, что ли? Ладно бы ты был какая-нибудь девочка из группы Омега, но ты же чертов психолог! Слова Марселло звучат где-то за границами моего сознания, воздействуя на уши, но не доходя до мозга. Долго ты будешь еще отнимать мое время? Я вроде бы прямо сказал, что перекомпоновка схемы - это срочно, а ты мне продолжаешь пережевывать третий раз одни и те же доводы!
Я вынырнул из своих мыслей, только услышав хруст, с которым мои пальцы сжались в кулак. Смотрю на часы - время без двух секунд.
"Найдите на станции какой-нибудь конфликт. Посмотрите на него со стороны и подумайте, как бы вы действовали на месте каждого из участников, так, чтобы конфликт разрешился без вреда."
Ох, наставница Синкх, как же вы вовремя!
Я закрываю глаза, глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю. И начинаю говорить - медленно, настойчиво, громко, нарочно перебивая психолога, чтобы не сорваться в ярость и гнев и выплеснуть их через интонацию.
- Мистер Марселло. Я услышал и принял вашу позицию. Вы продолжаете давить на меня, когда я уже согласился. Если бы этот разговор проходил сразу после моего прибытия на "Гагарин", вы бы сейчас уже лежали на полу. Сейчас я просто говорю - дальнейший разговор считаю неполезным.
По выражению его лица видно - он все понял. То ли уже получал в глаз от кого-то из кадетов, то ли профессиональное чутье подсказало, что дальше разговор вести действительно не нужно.
- Хорошо, закончим на этом, - торопливо встает он. - Когда примете решение - сообщите, пожалуйста, мне.
- Обязательно, - киваю я с улыбкой. Пожалуй, даже не издевательской.
Наблюдая, как исчезает за дверью узкая спина в темном пиджаке, я медленно осознаю: сейчас я чуть не поддался ярости. Нравится ли мне это? Пожалуй, нет. Что ж, придется нарушить обещание, которое я дал Вирнусу во сне. Путь Ярости окончательно перестает меня привлекать.

***
Тренировка у Дельгадо. Очень интересно понаблюдать за боевыми качествами кадетов. Особенно девчонок, конечно, у парней как-то все более-менее ровно со стилями боя. А тут - полный спектр всех возможных способов ведения боя - начиная от Драшкович, которая дерется совершенно как робот из дальних отсеков, кончая Сашей Метелиной, которая, выворачиваясь из захвата, делает такой балетный прыжок с разворотом, что подметает лица всех рядом стоящих своей пушистой шевелюрой. Из ребят самая красивая техника у Цао - ну правильно, китайцы уже сколько веков, если не тысячелетий, хранят традиции своих единоборств. Настоящим зрелищем становится спарринг Цао и Дельгадо - вот уж, что называется, встретились боец восточный и боец западный! Аплодисменты присутствующих не смолкают, а потом переходят в овацию, когда Дельгадо внезапно переходит в позицию богомола и начинает совершенно по-цаовски крутить какие-то хитрые блоки, а Цао, сгорбившись, встает в боксерскую защитную стойку боя на средней дистанции. Такое умение менять не только тактику, но и стиль в бою действительно достойно восхищения.
- Цао, давай с тобой тоже поспаррингуемся, - предлагаю я в конце занятия. Он не возражает, а мне тоже хочется покрасоваться. Бой начинается, и Цао сходу переходит в защиту, то ли просматривая меня как противника, то ли давая мне поразвлекаться. Я, естественно, пользуюсь этим на полную катушку - меня учила драться сама жизнь, а она не предусматривает следования строгим канонам. Я кружу возле Цао, прыгаю на него с ударом, делаю рискованные захваты, следя при этом, когда он начнет контратаковать, напропалую имитирую все стили боя, которые в свое время видел в фильмах-боевиках в Экстранете. Чувствую себя в каком-то смысле древнеримским гладиатором - таких аплодисментов я не слышал никогда. Наконец, Цао тоже переходит к активному нападению, и бой становится еще интереснее. Мой соперник понимает, что со мной можно не бояться случайно вырубить меня чуть более сильным, чем собирался, ударом, поэтому тоже раскрывает закрома своего арсенала. Поочередно в ход идут захваты, размашистые рубящие удары, уходы вбок с линии атаки, потом он переходит на удары ногами, я включаю в арсенал блок с уворотом, разворотом вокруг своей оси и колющим ударом в шею, который Цао блестяще отводит в сторону и тут же переводит в захват плеча, из которого я выворачиваюсь резким нырком. Отличный бой, зрители в восторге, вот только... Цао, что ж у тебя взгляд-то такой самодовольный! Ну убери ты это выражение лица, ты мне сейчас очень напоминаешь...
Еделева.
Золотистая вспышка перед глазами.
Я выпрямляюсь после очередного нырка, готовя следующий удар, и вижу - что-то не так. Мой соперник застыл напротив меня, словно статуя. Кадеты свистят и аплодируют, в глазах Дельгадо удивление. Неужто опять?
Да, судя по тому, как побелели пальцы Цао, я только что приложил его биотическим спазмом. Черт побери, как? Мало мне было разбитых лампочек... Я потрясенно опускаю руки. Сева, бестолочь, что ты наделал? Если теперь и эти люди начнут сторониться тебя, считая опасным, лучше сразу выйти в шлюз! Проклятье, ну вот только-только жизнь наладилась - и тут такое!
В бессильной ярости я опускаюсь на колено и обрушиваю удар кулака на ни в чем не повинный пол. Помогло мало - мягкое пластик-полимерное покрытие смягчило удар, даже боль настолько слаба, что так и не затмила мое осознание того, как я лажанулся.
Следующие пятнадцать минут я сижу рядом с Цао, улыбаюсь шуткам других кадетов и сам фальшиво шучу, а на сердце в это время скребут кошки. С решительностью приговоренного я жду, когда Цао придет в себя и что он при этом скажет. Наконец, он расслабляется и со стоном начинает разминать руки и шею:
- Черных... я тебя... ненавижу!
Не слушать слова. Слушать интонацию, смотреть на глаза. Глаза не обманывают. И я понимаю - все обошлось. Возможно, сейчас он верит в то, что сказал. Но он не в обиде. И я готов хоть сейчас идти на роботов с Цао за спиной, зная, что он не ударит сзади и не подведет. Ну что же, похоже, на этот раз я вышел сухим из воды. Да и всех окружающих развлек - тоже хлеб.

***
- Значит, вы захотели его ударить?
- Эмоционально - захотел. Но рассудком понял - это бесполезно. Во-первых, он просто делает то, что ему приказали, а во-вторых, даже если я его ударю, он не осознает, за что. И вместо того, чтобы понять меня, он будет на меня обижен. А он-то, если подумать, ничего плохого мне не сделал.
- То есть, получается, вы нашли в себе эту гармонию - действовать не по наитию, а по ощущению, как будет правильно?
- Ну, по крайней мере, я на пути к этому.
- Хорошо. Тогда следующее ваше задание...
"Да сколько их у вас, наставница Синкх?"
- ... будет таким: помогите найти эту гармонию другому человеку. Сейчас я работаю с одной девушкой, которой очень сложно дается пребывание на одной станции с турианцами. Она оказалась на Шаньси в момент начала Войны Первого Контакта.
- Джессика?
- Да, кадет Картер.
Ага, так я и думал. "Слабые и трусливые" - услужливо подсказывает моя старая классификация за миг до того, как окончательно отправиться на свалку забвения. Шаньси. Все понятно - хотя, в общем, догадаться не составило бы труда, если бы я захотел. Интересно, каким бы я сам стал на ее месте? И как бы сейчас реагировал на Вирнуса, Авиция и Эпирию?

***
- Джессика, ты сейчас свободна?
- Да, наверное. Чего ты хочешь?
- Поговорить. У меня просто задание - помочь тебе с твоими проблемами с турианцами.
- Не надо. Это мое испытание, и я сама с ним справлюсь.
- Джессика, на этой станции я встретил столько поддержки и взаимопомощи, сколько не видел за всю свою жизнь. Я хочу выполнить задание, да. Но еще больше я хочу помочь тебе. Просто потому, что ты, мне кажется, хороший человек.
- Спасибо.

...

- Ну, я вижу, что твой страх к нему потихоньку заменяется яростью...
- Ярость - слишком сильное слово. Злость. Вот то, что я чувствую.
- Я тоже иногда чувствую злость - например, когда роботы вылезают со спины и вырубают наших биотиков, которых я пытался защищать. Но страха-то эти роботы у меня не вызывают.
- Да, это правильно. Страх сменяется злостью. Ладно, давай считать, что ты выполнил задание.
- Нет, погоди. Ты забыла, что я хочу не выполнить задание, а помочь тебе. Давай разбираться дальше.

...

- Наверное, причина того, что Вирнус не выказывает тебе сочувствия или жалости...
- Да пошел он к черту с его жалостью! Не нужна она мне! - взрывается девушка. Я спокойно жду, пока она замолчит.
- Я и не говорю, что она тебе нужна. Ты боец. А жалостью от более сильного бойца можно только оскорбить.
- Постой, ты имеешь в виду...
- Да!
- Что он своей жестокостью выказывает мне... уважение?
- Да. Он признает тебя бойцом.
- А вот эта мысль мне в голову не приходила! - на лице Джессики настолько натуральное изумление, что я ни на секунду не сомневаюсь - она абслютна искренна, и не играет, а правда не думала об этом. - Это многое меняет! Слушай, Всеволод, давай дружить!
- Я только за! - я протягиваю руку, и Картер крепко пожимает ее.
- И еще. Я тут записалась в группу медиков, а сейчас думаю - а не разумнее ли было пойти к Дельгадо?
- Думаю, тебе - да. Лечить можно, и не вступив в группу, уж поверь мне. И схемы паять может не только группа бета.
- Тогда, наверное, мне следует поговорить с Дельгадо и перевестись к нему.
- Да и мне тоже не помешало бы. Лечить я и так буду, и техничить по необходимости. А вот разницу между хорошо обученным бойцом и плохо обученным я видел уже неоднократно.
Мы встаем и направляемся в сторону жилых секторов.

***
Умилительная сцена в лаборатории - Цао, обнимающий Айрис Флауэр.
- Обнимашки! - радостно кричит она. Ну да, Цао в обычной жизни поди поймай - он, кажется, процентов 80 своего времени проводит либо в дальних секторах, либо в медблоке. Но идея про обнимашки хороша и мне тоже нравится - я подхожу и обнимаю их обоих.
- Эй! - раздается недовольный голос с ближайшей койки. - А почему ее все обнимают, а меня нет? Эй, Черных, обними меня.
На койке сидит Анжелика Каралайл с полулитровым стаканом воды. Понятно, отпаивается от интоксикации. Присаживаюсь рядом, обнимаю и поглаживаю ее по волосам. Мне кажется, она готова замурлыкать. Но нет.
- Слушай, а откуда у тебя такие шрамы?
Анжелика, я вот сейчас сижу рядом с симпатичной девушкой и обнимаю ее. Жизнь в целом прекрасна, несмотря на мелкие неприятности. И вспоминать о тех годах своей жизни, когда у меня появились эти шрамы (а также нелюбовь ко всему человечеству), мне совсем не хочется.
- Ну, давай скажу так: я не порезался, когда брился, и не упал со скользкой лестницы.
Она оценивающе смотрит на меня.
- Все понятно. Наш человек. Дай пять!
Даю пять. Да, я слышал, что она тоже росла, прямо скажем, не в тепличных условиях. Но выглядит при этом красиво и привлекательно. Впрочем, ладно, я тоже за эти месяцы таким няшей стал! Гм, может, не терять времени, подождать, пока она допьет, да предложить уединиться?
- У нас опять в медблоке не хватает реагентов, и четверо раненых лежит! Бойцы, кто драться способен! Айда на выход! - по коридору топает тяжелыми ботинками Фокс, за ним идут Харрис, Джессика, Соул... Эх, вот только размечтаешься.
- Ты не идешь?
- Мне еще десять минут отпаиваться.
- Ну ладно, может, в следующий раз. Удачи тебе!
- И тебе тоже, Черных!
Встаю и выхожу в коридор. Последнее, что я вижу - разочарованные глаза Флауэр, которая провожает взглядом вышедшего прямо передо мной Цао.

***
- Значит, так, - объясняет Фокс. - Ситуация предельно проста. Там два робота, довольно крупных. Разбиваемся парами. Робот реагирует только на ближайшего. Тот, на кого он реагирует - отходит, второй тут же на противоходе делает удар. Второй отходит, подходит первый. Сзади биотики кидают кто чем может. Вопросы есть? Бойцы, разбейтесь по двойкам. Еще пара-тройка - сзади, чтобы заменить упавших, если что. Биотикам не мешайте.
Тактика проста, вопросов нет. Со мной в паре встает Джессика. Первое впечатление о ней, создавшееся в вечер прибытия на "Гагарин", давно забыто за неактуальностью. Картер - боец и мой друг. И неважно, насколько она хорошо дерется. С ней комфортно идти в бой.
Вторую пару образуют Фокс и Блэкстоун. На удивление слаженно мы входим и, не давая роботам даже опомниться (точнее, загрузиться), разделяемся на пары и резко их атакуем. Удар - отбито, удар - отбито! Я впадаю в раж боя, скачу вокруг робота горным козлом, и вспоминаю о тактике "один ударяет, другой отступает" только в тот момент, когда, уворачиваясь от очередного удара, боковым зрением вижу, что у меня за спиной совсем не тот, кого мне было бы приятно там увидеть. Тяжелый металлический кулак уже грозится переломать мне ребра сзади, но я из последних сил отвожу его в сторону и отскакиваю назад. Фух, еще одного удара мне не вынести. Краем глаза смотрю на Джессику - похоже, она тоже уже на пределе. Но робот медлителен, и у меня еще есть время ударить его, пока он замахивается на мою подругу. Удар! Робот покачивается, но доводит свой кулак до ее ключиц - она со стоном оседает на пол. Робот оборачивается в мою сторону и замахивается еще раз. Да когда ж ты сломаешься, железяка чертова! Я закусываю губу.
Боль.
Красная вспышка перед глазами.
Железяка чертова медленно оседает по стене.
Неужели в этот раз моя спонтанная биотика принесла пользу?
- Ребята, я отхожу! - сигнализирует Блэкстоун. - Подмените!
- Да ничего, он сейчас уже ляжет, - уверенно замечает Фокс, парируя очередной удар. - Хотя я сейчас тоже отойду.
Одним прыжком (играем уже ва-банк!) я допрыгиваю до робота и всаживаю ему кулак куда-то в область блока управления (естественно, я это ради красного словца - понятия не имею, где у них блок управления). Робот делает шаг ко мне, у него подкашиваются ноги, и он падает.
- Да!
Это последнее, что я успеваю воскликнуть, прежде чем комнату накрывает взрывной волной (а меня - взрывной волной и отброшенным ей на меня роботом). Что такое не везет и как с ним бороться.

***
Опять очередь! Ненавижу очереди! И вообще не понимаю, зачем мне в ней стоять, если в конце ее явно не ждет ничего хорошего, кроме нашей воспиталки из интерната, Марилинишны, которая своим обычным противным голосом тянет:
- Получаем номер... идентификационный номер... бумагу с номером не мять и не портить... за порчу номера - строгое наказание... идентификационный номер... не мять и не портить... строгое наказание...
Что за черт? Почему я опять в интернате? И почему рядом со мной - кадеты? Спереди Мойра Доннели, сзади Айли Вэй. Но главное - почему у нас в интернате с видом хозяев жизни на лицах сидят трое турианцев? И откуда тут взялись мрачные люди с оружием?
Если интернат чему-то меня и научил - это выжидать подходящий момент. Надо сначала разобраться, что тут за хрень происходит.
Нас с Мойрой забирают вдвоем и конвоируют к столу, вокруг которого уже столпились другие кадеты. Эге, да тут не только кадеты, прямо рядом со мной - Амита Синкх и Сандро Блайт. А перед нами - бумажные буквы. А ходящие вокруг нас люди с оружием требуют, чтобы мы работали, и угрозами отвечают на вопросы "А что делать-то?".
Некто расхаживает между столами и рассказывает о том, как мы проиграли Войну Первого Контакта и теперь стали рабами турианцев. Его речь настолько подобострастна, что от его лизоблюдства физически сводит скулы. Так, кое-что проясняется. Мы рабы, нас заставляют заниматься бессмысленным делом, не говоря даже, в чем оно состоит. Нет, история была одним из моих нелюбимых предметов в интернате, но я твердо помню, что любые рабы в истории всегда либо изничтожались, либо восставали и дрались за свою свободу. Вот эти эпизоды в истории мне всегда нравились. Значит, наш план действий очевиден - восстать. Только для этого надо договориться. Количество вооруженных охранников здесь явно не столь большое, чтобы они могли отследить все наши разговоры. Только, вот беда, кроме Синкх и Блайта я больше никого не могу разглядеть в неверном синем свечении прожектора, а из них бойцы, боюсь, хуже, чем я один вместе взятый.
Слышен звук разрываемой бумаги. Алек Делеон гордо выходит из-за стола и разрывает свой лист. Ну зачем ты? Героя-одиночку из себя строишь? Или хочешь своей смертью подогреть наш гнев побыстрее? Короткая очередь - и смелый парень лежит на земле, а под ним растекается лужа крови. Судя по выстрелам и вскрикам с противоположной от меня стороны зала - он такой не один. Ну зачем же так глупо? Надо просто подождать, когда наберется критическая масса, и ударить единым фронтом!
Я чуть отхожу от стола (оставляя на нем плоды своих трудов в виде короткого "ня") и присаживаюсь на подоконник, всем своим видом демонстрируя недовольному этим охраннику, что мне за столом тупо не хватает места. Даже послушно киваю и утыкаюсь невидящим взглядом в разбросанные буквы. Но сейчас все мое внимание сконцентрировано не на них, а на периферическом зрении. Вот охранник разворачивается... попробовать, что ли, напасть сейчас... нет, далековато... вот его спина скрывается за соседним столом...
- К бою!
- К бою!
Отлично, наконец-то! Я стрелой соскальзываю с подоконника и бросаюсь между столами. Охранник, на которого я нацелился, уже лежит на полу. Выскакиваю на троих неподвижно сидящих турианцев - ладно, с ними потом разберемся, сперва покончить с охранниками! Добегаю до первого из них - и он уже начинает оседать мне под ноги от чьего-то мощного удара. А потом мир застывает.
Мы стоим, как и в начале сна, вместе с Мойрой, в шаге друг от друга, как зеркальные отражения друг друга - она бежит, замахиваясь на ближайшего из турианцев, а я - слегка не доведя кулак до уже падающего охранника. Я не могу даже оглянуться, но понимаю - уроки истории снова подтвердились. Рабы отстояли свою свободу. Война Второго Контакта выиграна людьми.
Мы веселимся и пьем искристое шампанское, празднуя победу. Позорные идентификационные номера летят в угол, комкаются, разрываются, их топчут ногами. Мы поздравляем друг друга, общаемся и делимся впечатлениями. Кто-то начинает танцевать. Кто-то общается с Вирнусом, который во сне внезапно оказывается разговорчивым и забавным. А потом я слышу выстрел.
На полу в луже крови неподвижно лежит Джессика. Рядом с ней - дымящийся ствол и стопка собранных номеров.
- Я не знаю, что это, но это в любом случае сон, - решаю я, наклоняюсь к Джессике и пафосно произношу:
- Встань и иди.
Никакой реакции. Смерть взяла свою цену. И погибла она явно после того, как мы победили.
- Я думаю, это не поможет, - рядом со мной незаметно возникает Айли. - Она сама это сделала. Это ее путь и ее выбор.
- Хорошо, что это только сон, - замечаю я. Вэй кивает.
- Знаешь, один раз - факт, два раза - дежавю, три раза - система. Вот у меня сейчас - дежавю. Пойдем отсюда?
- Идем.
Дальние коридоры станции. Гулкое пустое помещение. Двое уже хорошо знакомых подростков лежат, смотря в потолок и деля один спальник на двоих.

----------------------
Не для протокола: я вот думаю, а не написать ли, кто кого играл, для тех, кто не был на игре, но читает отчеты? Кому не сложно, отпишитесь тут: http://hyyudu.livejournal.com/376260.html

UPD:: по разговорам с людьми я таки понял, что лучше иметь информацию, кто кого играл. Итак, cast in order of appearance:
Инструктор Амита Синкх - volhared
Кадет Зои Сандовалл - narlin_j
Директор Франческа Гамильтон - rovenion
Инструктор Диана Кэмпбелл - e_vin
Кадет Виктория Норман - Троицкая
Инструктор Кристиан Баррос Дельгадо - Лютер
Кадет Хендел Митра - lenoran
Инструктор Вирнус Аверитас - Эйвинд
Инструктор Эпирия Фидем - Анна Моисеева
Инструктор Авиций Гордас - drago_sumy
Кадет Вэй Цао - Палыч
Кадет Триша Хейли - Мирэ
Кадет Алекс Блэкстоун - kronin_k
Кадет Даниэль Моралес - mourhoon
Кадет Лесли Фарелл - nel_lj
Кадет Ариана Ларкинз - __dada__
Кадет Марина Гершвин - serina_lince
Кадет Алек Делеон - yashunsky
Психолог Альберто Марселло - jolaf
Кадет Радмила Драшкович - ah_velari
Кадет Саша Метелина - licxeh
Кадет Джессика Картер - ambergi
Кадет Айрис Флауэр - Лена Кузьмина
Кадет Анжелика Карлайл - Оками
Кадет Рейчел Харрис - arguere
Кадет Уильям Соул - Орофин
Кадет Винсент Фокс - Фокс
Кадет Мойра Доннелли - ninieltorwen
Кадет Айли Вэй - ohiiro
Наставник Сандро Блайт - Рома Седых

?

Log in